Книга книг
Число Зверя

Имеет ли оно отношение к Сатане?


«Здесь мудрость. Кто имеет ум, тот сочти
число зверя, ибо это число человеческое;
число его шестьсот шестьдесят шесть»
(Откровение св. Иоанна, 13:18).

Прошло уже около двух тысяч лет со времени написания святым Иоанном Апокалипсиса, но сокрытые в нем пророчества и в особенности мистический смысл «числа Зверя» до сих пор будоражат сердца верующих и приковывают к себе внимание историков и библеистов.

Но что подразумевал под этим сам автор «Откровения», призывая «имеющих ум» проникнуть в тайну апокалиптического числа? Попробуем, применив методы историко-религиоведческого анализа, ответить на этот вопрос и, восстановив ход мысли Иоанна, понять, кого именно он называл Зверем.

Толкования символики

«Апокалипсис св. Иоанна», как и любая пророческая книга, описывающая те или иные события будущего в виде символов, иносказаний и аллегорий, предоставляет невероятную свободу для толкований и объяснений. За 19 веков, отделяющих нас от времени написания Апокалипсиса, были предложены десятки, если не сотни вариантов интерпретации его пророчеств - от вполне обоснованных до поистине фантастических. Так, воплощением Зверя было объявлено немало выдающихся исторических личностей, например, видный раннехристианский богослов Арий, основатель ислама Мухаммед, король франков Карл Великий, Петр I, Екатерина II, Наполеон, Ленин, Сталин...

Трудно переоценить значение Апокалипсиса для всей христианской культуры. Миллионы верующих на протяжении столетий жили ожиданиями конца света и Страшного суда. Поэтому вполне естественным и оправданным выглядит стремление ряда богословов провести параллели между пророческими видениями Иоанна и теми или иными историческими событиями.

Но, к сожалению, значительная часть толкований символики «Откровения» чрезвычайно вольная, а порой и просто натянутая, при полном игнорировании условий, в которых книга была написана.

Очевидно, что для понимания того смысла, который вкладывал в символику Апокалипсиса сам Иоанн, следует принимать во внимание тогдашние политические, культурные и религиозные реалии, то есть, как говорят ученые, интерпретировать произведение в его историко-культурном контексте. И тогда, возможно, те тайны, над разгадкой которых ломали голову сотни богословов, окажутся вовсе не тайнами, а лишь прозрачным намеком, смысл которого современники святого Иоанна понимали без труда.

Смутные времена Иудеи и Рима

Ко времени написания Апокалипсиса (середина I в. н.э.) Иудея уже около века являлась римской провинцией. Хотя до определенного момента римляне предпочитали не вмешиваться во внутренние вопросы иудейской политики и религии, требуя лишь уплаты податей.

Ситуация резко изменилась после прихода к власти в 54 году цезаря Нерона, начавшего гонения и репрессии против иудеев и христианских общин. В 64 году Нерон отдал приказ об упразднении местного самоуправления в Иудее и непомерном увеличении размеров податей. В результате вспыхнувшего восстания, быстро охватившего всю провинцию, римский гарнизон потерпел сокрушительное поражение, и для усмирения бунтовщиков было направлено огромное войско, возглавляемое опытным полководцем Веспасианом. Восстание было жестоко подавлено, и в 68 году Веспасиан осадил Иерусалим.

В это же время в самом Риме Нерон был свергнут в результате придворной интриги и покончил с собой. После его смерти между представителями римской военной элиты разгорелась борьба за престол. За короткий срок, с 68 до 70 года, пурпур римского цезаря носили Гальба, Оттон и Вителий. В довершение всех бед в одном из городов Малой Азии объявился «воскресший» Нерон. Это был его двойник, который, собрав войско из лояльных Нерону легионов, двинулся на штурм Рима. Армия самозванца была разгромлена Вителием, сам же лже-Нерон - казнен.

Такова была расстановка сил на политической арене во время написания Иоанном своего пророческого труда. Как мы увидим позже, каждое из этих событий найдет свое отражение в образах и символах Апокалипсиса.

В ожидании Страшного суда

Религиозная обстановка в тогдашней Иудее была не намного лучше, чем политическая ситуация. Ортодоксальный иудаизм, ставший к тому времени окостеневшей, сильно догматизированной религией с разветвленной системой предписаний и запретов, столкнулся с невероятно активным противником в лице многочисленных сект, культов и общин последователей того или иного харизматического духовного лидера. Некоторые из этих сект предлагали свое, отличное от канонического, прочтение Писания, другие привносили в иудаизм элементы и доктрины иных религий, но почти все они противопоставляли себя официальному культу, выступая с беспощадной критикой духовенства.

Среди приверженцев этих течений были широко распространены ожидания конца света и Страшного суда, а также крайние формы религиозной экзальтации. Вследствие этого излюбленным литературным жанром религиозных мистиков и духовидцев стали апокалипсисы - пророческие произведения, описывающие день гнева Божьего, страшные наказания грешников и спасение немногочисленных праведников. Таким образом, «Откровение» святого Иоанна не является единственной в своем роде книгой - до наших дней дошли десятки апокалипсисов, не включенных в религиозный канон по тем или иным соображениям, например, Апокалипсис Петра, Апокалипсис Христа, Апокалипсис Марии и целый ряд других.

Христианство в первые десятилетия своего существования практически ничем не отличалось от многочисленных еретических сект, противопоставлявших себя ортодоксии. Но буквально с самого начала в нем наметилось два доктринальных направления: некоторые апостолы и их ученики считали учение Христа не более чем реформаторским, обновленческим течением иудаизма. Другие, наоборот, провозглашали его самостоятельной религией и шли на окончательный разрыв с Законом Моисея. С богословской точки зрения эти разногласия носили принципиальный характер: последователи первого течения, так называемые иудео-христиане, признавшие Христа Мессией, продолжали мыслить в рамках иудаизма - религии этнической, все заповеди и предписания которой относятся только к иудеям. Из этого неизбежно вытекал логический вывод: Христос явился в мир не для спасения всего погибающего человечества, но лишь «к заблудшим овцам дома Израиля». В соответствии с этой точкой зрения верующие иных конфессий, даже праведные и благочестивые, будут осуждены во время Страшного суда наравне с грешниками. Последователи второго течения, главным идеологом которого был апостол Павел, утверждали прямо противоположное: учение Христа обращено ко всему человечеству, «во Христе нет ни иудея, ни эллина».

Автор Апокалипсиса был убежденным приверженцем иудео-христианства.

Кто же написал Апокалипсис?

Другая, не менее важная деталь, связана с идентификацией автора Апокалипсиса. Ряд свидетельств раннехристианских отцов церкви, а также лингвистический и текстологический анализ Писания позволили современным исследователям сделать окончательный вывод: евангелист Иоанн и автор Апокалипсиса, носивший такое же имя, - совершенно разные лица. Создатель четвертого Евангелия и посланий от Иоанна был христианским священнослужителем, автор «Откровения» - иудеем-диссидентом, признавшим Христа Мессией, но продолжающим придерживаться Закона Моисеева.

Теперь мы можем разобраться и с числом Зверя.

Число и буква

Подавляющее большинство историков и многие представители церкви (например, о. Александр Мень) сходятся во мнении, что в образе Зверя представлен не кто иной, как Нерон, а число 666 - довольно прозрачный намек на его имя. Дело в том, что у иудеев, греков и римлян не существовало специальных знаков для обозначения чисел: для этих целей использовались буквы алфавита. Таким образом, каждая буква имела фиксированный числовой эквивалент. Именно на основе этого принципа взаимозаменяемости буквы и числа родилась вера в мистическую связь между именем или названием и определенным числовым значением.

Кроме того, у иудеев издревле существовала специальная методология для постижения скрытого, эзотерического смысла Священного Писания. Один из таких способов проникновения в тайны Библии, называемый «гематрия», заключался в следующем: суммируя числовые эквиваленты всех букв какого-либо слова или словосочетания, толкователь-эзотерик искал другое слово, буквы которого в сумме давали такое же число, после чего внутренний, мистический смысл двух слов или предложений с одинаковым числовым значением считался идентичным.

Иоанн, призывая счесть число Зверя, фактически предлагал произвести именно эту несложную арифметическую операцию. Суммой чисел, соответствующих буквам словосочетания «цезарь Нерон», написанного по-гречески, как раз и будет 666. Дополнительным аргументом в пользу этого предположения является свидетельство Иринея Лионского, святого отца, жившего во II веке. По его утверждению, в текстах Апокалипсиса, написанных на арамейском (разговорный вариант древнееврейского), фигурирует другое число, 616, также идентичное словосочетанию «цезарь Нерон», написанному, соответственно, по-арамейски.

«Зверь, который был и которого нет»

Но очевидно, что Иоанн, зашифровавший имя венценосного гонителя иудеев и христиан числом 666, должен был дать читателю какую-то подсказку, позволяющую однозначно интерпретировать пророческое видение. И действительно, такой подсказкой являются некоторые символы и образы Апокалипсиса. В 17-й главе Иоанн описывает блудницу, восседающую на звере, и ангел, сопровождающий пророка, дает ему разъяснения смысла этого видения: «Семь голов - это семь гор, что женщина сидит на них, и в то же время - это семь царей, пять из которых уже пали, один (шестой) уже есть, а следующий (седьмой) еще не пришел, - когда же придет, то недолго ему быть. И зверь, который был и которого нет, есть восьмой, и из числа семи, и пойдет в погибель... Воды, которые ты видел, где сидит блудница, суть люди и народы, и племена и языки....А женщина (блудница), которую ты видел, - то город великий, который господствует над царями земными».

В этом иносказательном описании без труда угадывается Рим. Воздвигнутый на семи холмах, он обладал в то время практически абсолютной гегемонией в Средиземноморье. В образе царей Иоанн изображает цезарей, правивших Римом: Октавиан Август, Тиберий, Калигула, Клавдий, Нерон, Гальба, Вителий. Фраза «пять из которых уже пали, один (шестой) уже есть, а следующий (седьмой) еще не пришел» позволяет однозначно датировать Апокалипсис временем правления Гальбы (68-69 гг.). Обстановка политической нестабильности в Риме, отсутствие у претендентов на престол достаточных ресурсов и влияния, чтобы удержать в своих руках бразды правления, позволили автору Апокалипсиса написать: «...следующий (седьмой) еще не пришел, - когда же придет, то недолго ему быть». И, наконец, «восьмой из числа семи» - это тот самый лже-Нерон, самозванец, объявивший о своем чудесном спасении.

Нерон - Антихрист?

Почему же именно Нерона автор «Откровения» отождествляет с Антихристом? Ведь иудеи на протяжении веков подвергались немыслимым притеснениям, но никто из царей, осуществлявших репрессивные меры в отношении потомков Израиля, не удостоился подобных эпитетов. Объясняется это довольно просто. Следуя традиции римских цезарей, Нерон еще при жизни обожествил самого себя, введя во всей империи собственный культ. Но если у язычников поклонение цезарю не вызывало возмущения, то в глазах иудеев это было кощунством и богохульством. Последней каплей, переполнившей чашу их терпения, стал приказ Нерона о водружении его статуи в святая святых Иерусалимского храма, что по канонам иудаизма было высшей формой святотатства. Культ императора являлся, с точки зрения Иоанна, дьявольской пародией на истинную религию, и целый ряд символов и аллегорий Апокалипсиса подчеркивает это.

Таким образом, беспристрастные факты и исторические исследования не дают ни малейших оснований для того, чтобы считать 666 инфернальным, сатанинским числом.

Безусловно, в глазах святого Иоанна и его единоверцев Нерон, апокалиптический Зверь, был чудовищем, настоящим воплощением зла, но не следует забывать, что подобная точка зрения оправданна лишь в конкретной исторической ситуации, применима лишь вполне определенным историческим событиям. Фактически «Откровение святого Иоанна» - антинероновский памфлет, пропаганда против опаснейшего идеологического противника. Исследователи жизни Нерона все чаще склоняются к мысли, что масштабы злодеяний этого цезаря, в том числе знаменитый поджог Рима, сильно преувеличены в угоду политической конъюнктуре последующих веков.

События, символически описанные в Апокалипсисе, охватывают незначительный временной отрезок, период гонений против христиан и иудеев. Возможно, верующие будут сильно разочарованы тем фактом, что практически все «апокалиптические пророчества» Иоанна исполнились еще 19 веков назад, за исключением разве что наступления тысячелетнего Царствия Христова на земле. Так что конец света, очевидно, в очередной раз отменяется...
 

Вадим СУМИН
Назад к содержанию номера
Copyright © 1997-2005 ЗАО "Виктор Шварц и К"